rock-musikДмитрий Жвакин – руководитель легендарной орловской группы Coffeeshop рассказывает о времени и о себе.

Какой смысл в названии Coffeeshop?
- В слово Coffeeshop мы вложили свободу девяностых. Всю безбашенность девяностых. Coffeeshop — это, как известно, в Амстердаме такие заведения, где можно легально приобрести легкие наркотики. Поэтому название символизировало вот эту неслыханную свободу, которая свалилась на нас тогда. В том числе эти литровые бутылки спирта «Роял», который продавался в киосках за копейки. Время было дикое… Железный занавес рухнул — и весь шлак высыпался. Мы с таким названием быстро стали по всем тусовкам своими, попсовыми ребятами. Отрывались. Только что не кололись. Хотя переводится действительно невинно, типа «кофейный магазин».
Но музыка-то была «чумовая»?
- Мы репетировали тогда в «Юбилейном», за что должны были отрабатывать вечерами на летней эстраде. И вот на протяжении трех летних месяцев в нашем репертуаре было семь популярных песен, включая «Говорят, мы бяки-буки…». Лебединую песню Натали «Ветер с моря дул» мы исполняли в двадцати разных стилях — от босановы до фанка. Чтобы не очуметь.
А свои песни когда появились?
- Свои тогда копились. Их мы впервые показали на Пятом городском рок-фестивале в 1997-м. Взяли приз зрительских симпатий. Нам это очень понравилось, и к фестивалю 98-го года мы уже подготовили совсем новую программу, которая отметилась Гран-при. Вот тогда-то мы и почувствовали себя самими собой, цельной группой. Тогда же и спонсор нашелся, и осенью мы записали полноценную кассету с названием «Север». Тогда в Орле никто из музыкантов не мог позволить себе записать альбом — вот так, на фирменной кассете, в московской студии. Кстати, и до сих пор, насколько мне известно, в Москве никто из наших не записался.
А где священнодействовали?
- В студии Ленкома. Нам помогал Павел Смеян, очень хороший человек, ныне покойный. Артур Пилявин, основатель группы «Квартал», тоже помогал, подсказывал. Ему нравился наш «маховик», как он называл взаимодействие барабана, ритм-гитары и баса. Мы были совсем маленькие, а там такие монстры писались. «Ария» например. Студия была с кухней, туалетом, диваном. Мы там жили, на студии. За неимением других вариантов проживания в Москве. Когда привезли свое произведение в Орел, собрали неплохие деньги. Почувствовали себя навек крутыми. Впрочем, это из серии «Я был в Мавзолее, видел Ленина — любите меня». На этом настроении мы тогда подготовили еще один альбом — «Buddy жив!». Потом были всевозможные неприятности личного характера, мытарства всякие. Как значимое событие в нашей творческой жизни была поездка в 2005 году в Нижний Новгород с неудачной попыткой подписания контракта с FeeLee Records. У нас уже был с ними контракт на запись макси-сингла, который мы тогда удачно записали, и песни с него сейчас звучат на «Экспресс-радио». А с большим альбомом не получилось. Жаль, хорошая была задумка.
- В 2008 году мы попали в число первых номинантов проекта «Музыка нашего города», который движется усилиями компании «МегаФон» и «Экспресс-радио». В рамках проекта с другими его участниками мы записали пластинку «Все будут счастливы». По-моему, достойная работа получилась. Особенно если учесть, что группу пришлось собирать чуть ли не с нуля. Второе дыхание открылось с появлением клавишницы Юлии Третьяковой… Стали выступать, играть сольные концерты, в клубах. Играли концерт в Железногорске.
Сколько тебе времени понадобится, чтобы культурная революция, о которой столько говорили местные интеллектуалы, свершилась?
- Много. Думающие люди все равно будут посещать приличные мероприятия. И детей своих водить. Другое дело, что их становится все меньше и меньше. И людей, и мероприятий, и детей. Так что государству неплохо было бы о себе подумать.
- А может, государство не трогать? Оно ведь вас не трогает.
- Да, конечно, чего ждать? Надо начинать с себя. Начать и сделать.
И вся революция.